Депрессия - батискаф.
Мир - океана дно.
Я, от всего устав,
Лопаю дней говно.
Пыльных недель навоз
Иней собой покрыл.
Сочно синеет нос,
Водки пузырь остыл.
Сплюну пробку на снег,
Резво пройдусь в туман.
Выкусив, я человек.
Трезвая жизнь - обман.
С национальным праздничком, диар френдз!

Она охренительна. Т.е., разглядывая партитуру после литра выпитой, я уже явственно ощущал удовольствие, которое мне может подарить это прослушивание, и сейчас, когда композитор мне прислал ссылки, я это удовольствие получил. Ощущение, как после зимней грозы, как в другом мире побывал.

Это не от ветра
И не от луны.
Просто я объелся
Сраной белены.
Развожу руками,
Чмокаю зрачком.
С беленой сражается
Сталинский нарком.
По приказу Сталина
Он вступил с ней в бой.
Белена повалена
Вместе с коноплей.
Подавили пешие
Лютую траву.
Потоптали конные
Злую мураву.
Лишь ковыль качается,
Да махорки дым...
Тут мой стих кончается.
Да и хрен бы с ним.

Собака рождается в виде щенка.
При этом бывает она коротка,
И только потом достигают собаки
Полутора метров от носа до сраки.

Товарищи коллеги из МГК ну никак не могут разобраться с кразнознаменным советским студенчеством без моей посторонней помощи. Следствием этого является мое от-бытие на "Концевек" (мне на плечи кидается век-овцебык) даже не на сопственный опус-октопус, которого можно услышать на месте бывшего Французского института во дворе Капеллы на Мойке набережной, а ровно днем позднявее, аккурат на "Пластику звука". И пробыть мне суждено там до пятницы. Я нахожусь все по тому же адресу, Герцена 44/46 во двор налево.
А кто хочет, пусть оценит произ... тьфу! СОЧИНЕНИЕ! София Сергеевна меня отчаянно бранит за отсутствие дифференциации между этими двумя большими разницами. То же делал и Альберт Семенович Леман, буде ему земля перэм.
Да, вот сочинение.
Оно написано в тональности ми бемоль минор. Вступает клавесин (малые секунды). Потом триоли чевертей, а все это время пять четвертей. Так, струнные вступили сверху. Тоже малые секунды. Неторопливо. Второе предложение периода: играют струнные. Малые секунды. Клавесин: малые секунды триолями. Все это время пять четвертей. Далее следует модуляция в си-минор. Струнные наделяются характеристиками. Играют мелодии тритонами, терциями и другим. Клавесин модулирует обратно черед квинтсекстаккорд второй ступени в ми бемоль минор. Начинается речитатив (ми мажор), за которым следует главная партия Аллегро (струнные играют трезвучиями пиццикато). По достижении определенной стадии изложения устанавливается сначала ля, а потом фа-мажор (Престо). Изложение замедляется. Струнные снова наделяются характеристиками. Побочная партия написана в соль мажоре и поручена клавесину. Струнные играют напевно. Я ввел туда цитату из соль-минорного трезвучия. И ре-минорного! Заключительная партия пиццикато в фа-диез мажоре с использованием аккордов побочных ступеней и мелодией молоточкового характера из интервалов.Так эта вся фигня, собственно, и звучит. Не буду продолжать... Да. Вот еще. В такте 47 в партии клавесина басовый ключ. Это очень существенное замечание.
Соло клавесина - артистка Батракова. Исполняется бесперерыва фпонедельник. Заходите!

Не только жив, но и прочитал роман, выведенный в заглавие, при свете керосинки.

Ураган, пронесшийся над Зап

Поехал, все уже, ну !
хто не спрятался - так я не виноват.
Буду все там же.

 Осторожно, на вымя не наступи!
Осторожно, на темя не наступи!
Осторожно, на пламя не наступи!
Осторожно, на семя не наступи!
Ради бога, на знамя не наступи!
и существительное
мужского рода
ДАО

Сутулов должен умереть,
А Колин должен жить
Сабуров дожен умереть,
А Ленский должен жить

Саакашвили должен жить,
А Сталин умереть
Петров обязан умереть,
А Крейнин должен жить.

Суворов должен умереть,
А Пунин должен жить.
Девяткин должен умереть,
А Ягодицын - жить.

Борисов должен умереть,
А Кац обязан жить.
Самарин должен умереть,
А Колотилин - жить.

А ты обязан умереть,
А я так лучше жить?
Нет, лучше я пусть умереть,
А ты обязан жить

Мухи вредные летают
всюду лапы распускают, 
смерть мухам, мухам смерть!
ну а я, испивши зелья,
весь больной лежу с похмелья:
яд водка, водка — яд!

Надо ехать на вагоне,
насаждать абсурд в искусстве.
громко песенки треща.
Слава искусству, вовеки слава!
Но над ухом муха стонет,
и ее боюсь-боюсь я,
сердцем красным трепеща.
Смерть мухам, мухам смерть!

А еще есть комары.
Дохлые, живые комары.
Дожидаются жары,
Чтобы в нос меня кусить.
До чего же страшно жить.

Смерть мухам, мухам смерть!
Смерть мухам, мухам смерть!

 

Отважные погрансобаки!
Они достигают в длину
Полутора метров от носа до сраки,
И с ними идут на войну.
Пиф-паф! Гав-гав!
И с ними идут на войну.

Навеяно постом boom235 об одном итальянском парне, которому надоело играть гаммы на скрипке и он воткнул в своего педагога большой кухонный нож.
community.livejournal.com/ru_classical/6565664.html
Раньше, отвечал я, все было наоборот... Берем хрестоматию Иванова-Борецкого, том 2 и читаем там:
"Мы не в состоянии более терпеть дурное обращение и плохое обучение игре на скрипке, виолончели и контрабасе маэстро дона Никола Фиоренца, а также не можем переносить его грубость, невоздержанное битье и жестокие наказания при обучении (...) Палкой, коей он отбивает такт, он постоянно немилосердно бьет по голове, по рукм и другим нежным частям, как сие было с Томмазо Сконьямильо, коего он концом палки ударил в бок изо всей силы, так, что тот получил повреждение на многие годы и в отчаянии вышел из консерватории (...). В большом зале во время публичного концерта Фиоренца обнажил шпагу против Дженаро Пастена, который обратился в бегство, дабы не быть искалеченным; он же направил шпагу на Паскуале Пумбо, и, если б тот не успел проворно убежать, нанес бы ему рану". (Из заявления учеников консерватории Сан-Мария ди Лорето против маэстро Фиоренца, 3 января 1763 года).
Ныне, в эпоху демократии, все просто поменялось...

В галлерее Стелла-Артс на углу Наташи Качуевской и Качалова презентовали вчера новую книгу поэта Игоря Вишневецкого под названием "Стихослов". Явилось много поэтов, музыкантов и художников. У входа видны поэты Месяц и Тавров.



Игорь читал свои стихи один час под музыку, написанную Ольгой Вишневецкой. Она поступила остроумно: взяла свою старую скрипичную пьесу, распустила ее на ниточки и вручила концы от этих ниточек музыкантам ансамбля "ХХ век".




Дирижировала она музыкантами с помощью этого треугольника, сидя в зале.





А художник Александр Джикия рисовал графику по мотивам стихов.



Потом выпили и закусили. Стоят: Игорь и Ольга Вишневецкие, сидят Даниил Довженко, Мария Ходина (руководитель ансамбля), Артем Маковеев, Надежда Хомутова.

 Так проходят мои вечера...

снилось что я экоголог и протестую с лозунгом  руках и сапогах болотных против осушения болот: "ПУСТЬ КУСАЮТ, НО ЭТО НАЩА КРОВЬ!"  Встал, тревожась. 
Переоркестровывая сочинение Гражины Бацевич, переносил компьютер с одного стола на другой; удар был столь силен, что монитор не соосен той доске, где клава, мать и винт, градусов на 6. А ведь купил я его всего-то 9 декабря. Ну, поживет еще... крепкие яблоки, говорят.
Одел галстук-бабочку. Вел концерт в СК
Потом сильно напился. А что вечером ту-дэй бендьжье...
Нет. Нельзя так жить. Невозмо
жно так жить!(с) Лев Толстой.
А хотел же сегодня очередные выкладки в Ру_Классикал сделать... Обидно.

 

 
выходит - не выходит?
вроде выходит. Исполнители трио Royal Flush одесситки Кармелы Ципколенко:
Даниил Екимовский, Мария Ходина, Мария Гребенникова 

 вот, собственно. Оцифровал десяток патефонных дисков и хочу поделиться.